Чужие скорби как свои

На днях в селе Анучино, райцентре одноимённого района, состоялось торжественное открытие так называемого Дома доброты. Что это за дом такой, мы расскажем чуть позже, а пока что знаменательный факт: автором этого благотворительного проекта (от идеи до сбора денег и строительства) стал один человек — иеромонах Арсеньевской епархии 42-летний отец Варсонофий (в миру Максим Рыжов).

Готовя материал к публикации, автор этой зарисовки, понятное дело, встречался с о. Варсонофием — и эпизодически терял дар речи, напоминающий финальную сцену из гоголевского «Ревизора». С чего бы вдруг? Ну а как, например, с ходу воспринять и осмыслить тот факт, что иеромонах своё скромное месячное содержание, 15 тысяч рублей, почти полностью (за вычетом затрат на транспорт и связь) раздаёт нуждающимся? И более того — этот скорбный список будущих получателей как минимум 10-тысячного «пособия» расписан у него на несколько месяцев вперёд.

ЖИЗНЬ ДО: годы, прожитые без смысла

Максим родился в рабочей семье в Арсеньеве. Учился посредственно и до «хорошиста» недотягивал. Увлекался карате и тяжёлой атлетикой. Окончил местный филиал ДВГТУ по специальности «автоматизация производственных процессов». Освоив компьютер, подрабатывал их ремонтом и настройкой программного обеспечения. Не бедствовал, и часть лёгких денег, по собственному признанию, так же легко тратил на выпивку. Не женился, детей не завёл. Круговертью бежали месяцы, слагаясь в годы, прожитые без особого смысла…

Вроде примерно так живут очень многие молодые люди и поиском смысла собственного бытия не заморачиваются. Так в чём же дело?

— Больше десятка лет я искал ответы на свои вопросы в психологии, эзотерике, во всяких тайных знаниях. Прошёл через кучу этого хлама человеческого, не имеющего никакого отношения к божественному знанию. В 28 лет оказался в полном жизненном тупике: не хотелось абсолютно ничего, смысл жизни как-то потерялся.

Когда Максим испытывал особенно сильный душевный дискомфорт, то заходил в церковь, стоял там какое-то время, «душу успокаивал». Затем стал членом группы православного молодёжного движения, причастился. Впереди его ждала первая в жизни исповедь. Максим готовился к ней долго и ответственно, вспомнил все свои грехи до единого — и их перечень занял два рукописных листа. «А можете вспомнить самые крупные из них?» — неожиданно прерываю я нашу беседу провокационным вопросом. Отец Варсонофий берёт долгую паузу и отвечает:

— Кража дверного замка в строительном магазине, постоянное переедание (чревоугодие), частое употребление алкоголя. Именно по двум последним причинам у меня начались серьёзные проблемы с желудочно-кишечным трактом.

После исповеди и причастия Максим прозрел и освободился от какого-то груза, ярма. Далее — по новому пути, по нарастающей. Служба пономарём в храме, учёба в Хабаровской духовной семинарии, возвращение на малую родину. В ноябре 2012 года — рукоположение в сан священника, а следующей весной — постриг в монашество епископом Арсеньевским и Дальнегорским Гурием.

Так умер для светского мира молодой компьютерщик Рыжов и появился на свет Божий иеромонах отец Варсонофий, настоятель храма Покрова Божией Матери в селе Анучино и руководитель отдела церковной благотворительности и социального служения Арсеньевской епархии.

ЖИЗНЬ ПОСЛЕ: «Место монаху — в монастыре»

Чем, к слову говоря, иеромонах отличается от обычного монаха? Только одним: имея сан священника, он может вести богослужения. И у начинающего священника хлопот оказалось много…

— В нашей епархии много приходов и мало священников, поэтому нагрузка очень серьёзная, — рассказал владыка Гурий. — Помимо прихода в Анучино у отца Варсонофия около десяти храмов и приходов в разных сёлах.

По району приходится очень много ездить, и, понятное дело, при совсем не богатырском здоровье у иеромонаха накапливается неизбежная усталость. Несколько лет назад о. Варсонофий даже попал в ДТП: не успел среагировать на помеху, и на перекрёстке в него врезался грузовик. Треснула скуловая кость, и пришлось долго лечиться.

Все эти годы он помогал и словом и делом людям, оказавшимся в трудной жизненной ситуации. И в причинах не разбирался:

— Конечно, можно рассуждать о том, что человек сам виноват во всех своих проблемах и грехах. Но если б так рассуждали те же хирурги, когда к ним привозят оперировать попавшего в аварию, виновником которой сам пострадавший и является… Ответ известен. Можешь помочь — просто помоги!

Люди (и не только верующие прихожане) обращаются к нему постоянно: у кого проблемы с алкоголем, кого муж бросил, у кого дети болеют, кто-то кредиты взял и залез по уши в долги. И он, в чём-то подменяя официальные социальные службы, старается эти проблемы решать: кому деньгами поможет или продуктами, кого на работу устроит. В общем, колесит по району, ищет, смотрит. За эти годы отговорил от абортов 65 будущих мам, помог им пережить сложное время — и 65 деток появились на свет.

Для самого о. Варсонофия это вовсе не повод для личной гордости и морального самоудовлетворения (мол, какой я добрый и щедрый), а обычный образ его нынешней религиозной жизни. Кстати, как всё-таки можно жить, если всю свою зарплату раздавать? На что?

— Я монах, и мне ничего не нужно, деньги в том числе. У меня при храме есть помещение, в котором я живу, там стул, кровать. Продукты жертвуют прихожане, а их излишки я раздаю нуждающимся, — признаётся собеседник.

Семь лет назад иеромонах, насмотревшись на страдания прихожанок, оказавшихся на улице (и зачастую без средств к существованию), задумал построить для них капитальный приют, названный Домом доброты. Годами искал спонсоров, безуспешно. Но однажды на него вышел руководитель крупной сельскохозяйственной столичной компании и пожертвовал солидную сумму. Следом — так же сам по себе, предприниматель из Сибири! А остальные недостающие деньги для требуемых на строительство 2,4 миллиона рублей выделил анучинский бизнесмен. Вот так, «не было полушки — и вдруг алтын»! Так чудо или случай?..

Все необходимые бюрократические формальности, предшествующие новому строительству, иеромонах Варсонофий преодолел быстро, строительство Дома доброты также не затянулось. Ныне он ищет мебель для будущих его десяти постоялиц. Жить они смогут в нём столько, сколько потребуется. Ни православными, ни верующими им быть вовсе не обязательно. А в организационном плане предполагается, что епархия найдёт средства на оплату электроэнергии и продукты, а вот готовить и стирать постоялицы будут самостоятельно. При этом на курение, алкоголь и сквернословие — жёсткое табу.

Так кто же он, отец Варсонофий?

— Он прежде всего монах, стремящийся к внутренней жизни, — ответил владыка Гурий. — Он читает аскетическую литературу, старается молиться, у него правильное миропонимание, он осознаёт свою греховность, немощь и недостоинство. Как монах он тяготится своим послушанием в миру, своей внешней социальной и пастырской деятельностью. Но в то же время он — священнослужитель и честно несёт все возложенные на него обязанности.

Геннадий Обухов

Фото (архив Арсеньевской епархии)